ssshuler

Сен 182012
 

По «культу личности» экзамен
В Союзе тридцать с лишним лет,
Крестьянин или горожанин,
Сдавали все (и млад и сед)
Тогда все Сталина клеймили
И тему, вроде бы, закрыли,
Умнее жили, чем сейчас.
И вот о том же новый сказ:
Твердят нам каждый день и снова,
Пытаются в мозги нам вбить :
Пришлось им Сталина свалить,
А не пустышку Горбачева.
Иначе, как им объяснять,
Что все смогли переломать.

Такие делать искаженья
Имеется ещё мотив :
Имущества передвиженья
От государства им в актив.
— Не слишком много вы украли ?
Вы всех в недели обобрали.
На это слышится ответ :
— Не помните расстрельных лет ?
Обратно к Сталину хотите ?
— Мы жили-то в других годах
И с властью были все в ладах.
А в революции, глядите,
У вас свой путь : у всех отнять
И быстро по-своим раздать.

Историю, каким же людям,
У нас поручено «творить» ?
Кто думает, что мы забудем
Себя ж, как станут нас дурить ?
Не только сталинское время,
Историков продажных племя,
Нам НАШУ жизнь преподают
И, как им надо, разжуют.
Из телевизора все люди :
Писаки, политологи,
Пиар-политтехнологи.
Артисты, журналисты судят.
Дана им точность наперёд,
А точность : до наоборот.

Сен 182012
 

«Не парьтесь вы ! Нам всё известно !
А если быть предельно честным,
Звоните вы в последний раз,
Таков Закон, таков Указ!»
-Такую «милую» трактовку,
Проаттестованный урод,
Применит к вам довольно ловко.
Ведь сам-то через чёрный ход
Прошёл легко через «детектор».
«Машинка» честных вмиг долой,
Шофёр «машинки» в доску «свой».
Прощай сметливый  друг-инспектор.
Привет вам ушлый верхогляд,
Всю жизнь прислуживаться рад.

04.07.2011

Сен 182012
 

Всегда Начальство узко мыслит,
Выстраивая власти в ряд.
Свои три власти перечислят,
Добавят СМИ и не мудрят.
А у народа взгляды шире,
Властей, уж точно, не четыре.
Всё государство – власть одна,
Делец, чиновник-сатана,
Бандитов власть одолевает,
Власть СМИ, холуйством вас разит,
Хозяин, выгнать вас грозит.
Простой народ от всех страдает.
Стволы ментов, менты «с приветом»,
То «демократии» приметы.

Все слово «власть» упоминают,
Слегка порывшись в голове,
Как только штаб наш вспоминают,
Что с Президентом во главе.
Вся «вертикаль» под их командой
До нижних, будь они не ладны.
Что исполненье тормозит ?
Злой рок, чиновник-паразит ?
Да, власть страны не одинока,
Еще шуруют сто властей,
Сто предрассудков и страстей.
От «вертикали» мало прока.
Все эти власти и над ней.
Рассмотрим те, что покрупней.

Власть денег двойкой нумеруем.
Её бы первою назвать,
Ведь силу набрала такую,
Что лишь на бога уповать.
Вот божьей власти быть бы первой,
Но в нашей обстановке нервной,
Скорее чёрта помянут,
Да и церковный институт
Квартирным увлечён вопросом.
Не нумеруем божью власть,
Должна она наверх попасть,
В конце концов, по всем опросам.
Что бог, что совесть все одно,
Проснется совесть всё равно.

У власти СМИ четвертый номер
Из иерархии другой.
Наш политический трансформер
Относим к власти бесовской.
Власть СМИ инстинкты прививает,
На них власть денег и играет.
Инстинкты низменные впрок,
Да «вертикали» прямо в бок.
Кто сладкой парочке начальник,
Кто СМИ и «бабкам» командир ?
Делец, чиновничий мундир
Иль олигархов круг скандальный ?
Важней, как парочку разнять
Или как СМИ перековать.

Сен 182012
 

Медведев 4 года изголялся в придумывании законов и новых форм, не разбираясь в содержании.

И шустрый казнокрад, и урка
Пред каждым тем законом смел,
Что «мудро» выдумать сумел
sTOP-менеджер из Ленинбурга.
Какие «смелые» надежды
На то, что всё решит закон.
Кто жизни не изведал прежде,
Не видит ВСЕХ её сторон.

Мы не решим страны проблемы
Пока разруха в головах.
Возьмите вы любые темы :
Нет совести и дело швах.
Чинам повысите зарплату —
На взятки возрастут затраты.
Вы посылаете сигнал,
А чин на это наплевал.
Вот был сигнал бы не снаружи,
А шёл бы из его души,
Тогда законы хороши,
Тогда надзор за ним не нужен.
НЕОБХОДИМ всегда Закон,
Но вот ДОСТАТОЧЕН ли он.

И нам понятно, что ДОСТАТОК
СОЗНАНЬЕМ будет прирастать.
Пусть не хитёр закон и краток,
Не станут люди воровать.
И сменой лиц нам не добиться,
Чтоб честной власти укрепиться.
С того ж «болота» то лицо
И, вот вам, замкнуто кольцо.
А толк, что смените названье,
Вы лишь обидите людей.
Вновь столкновение идей ?
Вражды, конфликтов раздуванье ?
Милиция, вот например.
Что, Дядя Стёпа – полиционер ?

Не надо разделять эпохи,
Те хороши, а эти плохи.
У нас всегда одна страна:
Цари, Генсеки, наши времена.

Сен 182012
 

Она ни ум, ни честь, ни совесть,
Не свечка и не кочерга.
О ней никто не пишет повесть,
Одна словесная пурга.
Она «Единая Россия».
Вот так вот громко и красиво.
Такая Орг. Парт. Группировка,
Устроились ребята ловко.
Давно уж и братки смекнули,
Сменив малиновый пиджак,
Свои манеры поприжав,
Что партбилет покруче пули.
Иль сами в партию хотят,
Иль торкают своих ребят.

У их задач одно решенье —
Не справился — на повышенье.
Но вдруг особый случай,
Уж не придумать лучше,
К задачке требуют ответ,
Не уложился в срок — привет,
Не получишь оправданья,
Не торгуйся, не проси
И тогда «про этот случай
Раструбят по Би-Би-Си».
Вот фэнтези вам зарисовка
Иль назовите анекдот,
Те в жизни вывернутся ловко,
Хотелось бы наоборот.

Сен 182012
 

Вот по ТВ, в одном из фильмов,
Жестокий дали эпизод
(Сейчас жестокость – это стильно).
Всех резал бритвой там урод.
Днем позже в жизни повторилось,
Точь-в-точь как в фильме говорилось.
Жестокость обществу претит.
То, что с экрана к нам летит,
Придурки повторят, «срисуют».
А люди «с трепетной душой,
Интеллигентности большой»,
Те миллиардами воруют.
Одни буквально понимают,
Другие дух перенимают.

Сен 182012
 

Когда мозги нам уж прочистят,
Заполнят порнографией,
Попсою разной начинят
И запугают мафией.
Недаром бьются за «свободу»
С экрана «секс» нести народу,
А с ним насилие и кровь,
Внедрять продажную любовь.
Помогут этому внедренью
И телевизор, и кино,
И шоумены заодно,
Весь их бомонд в обеспеченье.
Бездарность всю свистать наверх,
А шоуменов больше всех.

Сен 182012
 

Наш «ящик» — пламенный оратор,
Неистовый пропагандист,
Неудержимый агитатор,
Он идеолог, публицист.
Все эти функции присвоил,
Переработал и усвоил,
От прошлых лет в себя вобрал
Наш воспитатель-радикал.
Он мощный парторганизатор,
Он октябренок, пионер,
Он комсомолец – всем пример,
Починов трудовых новатор.
Талантливо всё перенял,
Лишь плюс на минус поменял.

Не все враньё, что нам даётся,
Ведь большинство нам и не врет.
Оно трусливо стерегётся,
Оно нам правду не даёт.
Я и про тех, кто развлекает,
Про мистику, что отвлекает.
Где там, им кривду обличать,
Где им горой за правду встать.
Нам говорят : «У нас свобода,
Не нравится так отключи».
Во-первых, не у всех «ключи»
В мозгах, чтоб отключить «свободу».
А скоро это не моги,
Впаяют «телек» нам в мозги.

И телевизор с Интернетом,
И радио и телефон,
В мозги всё это нам пакетом.
И на-фига нам этот фон ?
Рэй Брэдбери тут отдыхает.
ТВ по стенам  полыхает
В «Четыреста полста один»,
Там книжек нет, там страх один.
Фантаст тогда не всё предвидел.
А телестены уж сейчас
Почти что окружают нас,
«Прогресс» часть книг уже похитил.
Тем телестенам уж не быть
К мозгам дешевле подключить.

Сен 182012
 

(или как интеллигенция помогла всё разворовать и разрушить)

Про добрый, чистый и пушистый,
Про крупный бизнес дальше речь.
Пока «Горбатый» и речистый
Вещал, блага к ним стали течь.
Под грохот съездов не зевали,
Пока в «Свободу» бесы звали.
Интеллигенция болтала,
От беспредела отвлекала.
По их трудам — им и награда,
Теперь у них есть всё уже :
Глаз  шустрый, яйца Фаберже
И руки ловкие, как надо.
Ведь геометрию руки
Меняют эти пауки.

Как загребали – длинны руки,
А как отдать, так коротки.
Как за границу, так без муки,
В страну вложить, так не с руки.
В потёмках всё у всех отнимут,
В софитах вам подачку кинут.
При этом журналистов рой,
Тож в бизнесе. И каждый — «свой».
Свои для них и власти тоже,
Свободу слова уничтожат,
Заменят «гласностью» везде,
Многопартийностью в узде.
Не наше то открытие
Про бизнеснес-власть-соитие.

Упомянул интеллигентов.
Я не имел в виду здесь всех.
Отмечу несколько моментов,
Приметы дам немногих тех.
Они орали про свободу,
Что собственность дадут народу.
Они пинали наш Союз,
Бездарности открыли шлюз.
Они безумцы призывали
В Парламент танками стрелять
И «помогли» нам потерять,
Что предки кровью добывали.
Им революции б творить,
Нам после безысходно жить.

Теперь, столичные артисты.
Как будто жили в жизнях двух.
Реинкарнируют, да быстро
Меняется не тело – дух.
На сцене всех вождей играли,
Теперь дрожат, как будто крали.
Играли с честною душой,
Теперь потерян их покой.
Спешат немедля оправдаться,
Отметится в ту жизнь плевком,
С холуйством каждый уж знаком,
За тем в очередях толпятся.
Они числом-то в мизере,
Зато все в телевизоре.

Кичатся служки Мельпомены
Предназначением своим.
Они всех лучше непременно.
Снобизм у них непроходим.
«Интеллигент стоит не в классах
Или других народных массах,
То состояние души» —
Себя возносят плохиши.
Всегда бестактность проявляют :
«Нам надо ярко жизнь прожить
И не работать, а служить»
На всех плюют, так заявляют.
Словечки хитрозадые
Темп воровству и задали.

В былом — писатели, поэты
Застегнуты под воротник.
А ныне — будто не одеты,
«Могучий» в неглиже язык.
Штампуют пошлые сюжеты
Про добрый бизнес и про «это»
Свобода слова им не впрок
Жизнь за окном, им не урок.
Себя борцами с коммунизмом,
По-заграницам, стали звать,
Об этом лекции читать.
Бьют по  стране с большим садизмом.
И получают, с талантом и без,
Тридцать серебряных без НДС.

За то их бог лишил таланта,
А по-ученому сказать :
Не будет совесть толерантно
Предательства их покрывать.
Своя же совесть беспокоить
Начнет, и им уж не построить
Сюжет, что может тронуть всех,
Потуги их рождают смех.
Или сплошная клоунада,
Или насилие и кровь,
Иль бизнесменова любовь
И «под ответ», как власти надо.
Случился в девяностых слом,
С тех пор уж не творят, облом.

Сен 182012
 

Модель «Куриного нашеста»
Давно в «науке» на ура :
Чем ниже курицыно место,
Тем больше навалят «добра».
Тому, кто выше на нашесте,
Живется веселей, вы взвесьте.
И потому, всего скорей,
Кто выше местом, тот добрей.
Где над начальником начальник,
Модель ту можно применять,
Но сомневаюсь чтоб влиять,
Лишь наблюдать с позиций дальних.

Читал про бизнес-инкубатор.
Смешное имя у него.
Модель под бизнес, как новатор,
Подвел, понятно отчего.
Про малый бизнес рассужденья
Приводят быстро к убежденью :
Бесправен бизнес и уныл,
Зачем он нужен позабыл.
На них так много наваляют,
Что злобить не хватает сил
И доброты б не попросил,
Поборы, сборы так влияют.
А в иерархии другой :
Начальник малый – самый злой.

И даже, кто ни сном ни духом,
В казну рукой не залезал,
Почти любой, по верным слухам,
В конверте деньги получал.
Конверт налогом не обложен,
Ответить по закону должен
Тот, кто ни в чем не виноват,
И взносы здесь не подлежат
Перечисленью в Пенсионный.
Вас совесть мучает и страх,
А в Фонде же увы и ах !

И в этом смысле средний бизнес,
Скажу вам точно, самый злой.
Чуть только замаячит кризис,
Уменьшит он в конверте слой.
У вас в конверте основное,
А для отчётности другое.
Боятся слова все сказать,
Их мало, где им затевать.

Другое дело, бизнес крупный,
Где производство, люд сплочён,
При сложностях бывает шумный,
Чуть громче – бизнес уличён.
Казалось бы, должны бояться,
Копнуть, и им не оправдаться,
Легко же ведь найти концы,
Нашлись бы только молодцы.
А «молодцы» давно в разгоне,
Иные бизнес стерегут,
Другие с бизнеса стригут.
Хозяева не ждут погони.
Не этого боятся ждать,
Друг друга б не перестрелять

Все ж крупный бизнес злее злого,
Хоть на верхушке и сидит.
Он внешне и добрей другого,
А по натуре ведь бандит.
Бандюга в первом поколеньи,
Специалист по отчужденьям
(Приватизацией зовут,
Придуман ими институт).
«Прихватизировали» много,
Уж больше в миллиарды раз,
Чем «скоммуниздили» у нас
В стране сознанья развитого.
Теперь страна дурных задач,
Дебильных телепередач.

Как крупный бизнес «просветлеет»
И к государству перейдет,
Так средний бизнес подобреет
И малый бизнес расцветет.
А будет не одна торговля
(Доверчивых рекламоловля),
Мы производство нарастим,
Мозги на полную включим.
И нефтедоллары включатся
В полезный людям оборот,
А то пока наоборот,
Там за бугром лишь веселятся
На наши деньги, посмотри,
И их и наши упыри.

Не будет ушлых олигархов,
Тогда и СМИ не будут врать.
Не надо тратить им талантов,
Чтоб крупный бизнес крышевать.
Не надо СМИ стоять на стреме,
Пока воры в своем же доме
Последнее не заберут,
На Запад тихо перешлют.
Одни по заграничным норам
Не будут ничего таскать,
Другим след ложный не давать
И не кричать : «Держите вора».
Чем больше правды, чище дух,
Тем меньше в головах разрух.